Reborn: Game "Choice"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Reborn: Game "Choice" » Профпригодность » Пробные посты


Пробные посты

Сообщений 41 страница 60 из 141

41

Тема пробного поста для игрока Chrome Dokuro.
Спустя десять лет пособники Рокудо Мукуро все же вытаскивают его из тюрьмы Вендиче и доставляют в Кокуйо Лэнд. Впервые Хром за столь долгое время видит его не в своей голове, а в живую, и причем в таком плачевном состоянии, что он даже не может двигаться. Опишите мысли и чувства Хром при встрече с Мукуро.

0

42

Тема пробного поста для игрока Levi A Than.
Опишите тот самый ключевой момент в жизни Леви, когда Занзас впервые похвалил его. Что он тогда чувствовал? Что оно для него значило?

0

43

Тема пробного поста для игрока Byakuran.
Наш сюжет вертится вокруг игры "Выбор", которую придумали Шоичи и Бьякуран. Вспомните все правила игры и пишите спор Бьякурана и Шоичи в процессе создания, акцентируя внимание на отношении Бьякурана к Ирие.

- Ирие-сан, - Бьякуран не любит фамильярное "привет" и тем более не любит длинное, занудно-салонное "здравствуйте". Он вообще не здоровается, он показывает знакомому, что замечает его и помнит его имя. Рыжий мальчишка смотрится, как подросток на девичнике старшей сестры: шарахается от всех и вежливо-церемонно обращается ко всем подряд по любому поводу: то свободно ли место в очереди, то можно ли здесь присесть. И все время оглядывает всех тоскливыми глазами, ищет кого-то внимательного, заинтересовавшегося его скромной, в общем-то, личностью. Ах, эти милые мечты о новой жизни в университете, ах, как чудесно, что кто-то еще надеется в этом мире на чужое понимание и дружелюбие!..
Новый знакомый чуть ли не подпрыгивает на стуле и смотрит на Бьякурана. Тот улыбается и продолжает.
- Ирие Шоичи-сан, неоднократный победитель по кибернетике и информатике, родной город - Нанимори, если я не ошибаюсь? - Бьякуран прекрасно знает, что не ошибается, но давить излишней уверенностью в себе сейчас никак нельзя. Пока Шоичи мнется и думает, что ответить, Джессо успевает представиться, рассказать о своих официальных интересах и сообщить, что после лекции хочет прогуляться. Наконец Ирие выдает, что прогуляться - это и правда здорово, ну а дальше - по накатанной дорожке. Больше всего Бьякурана смешило в жаждущих дружбы юных талантах то, что ни один из них даже не заподозрил, сколько досье выучил Бьякуран и скольких он вежливо расспрашивал о делах на прогулке после "случайного" знакомства перед парой или в столовой.

Талант - хрупкая вещь, что не есть удобно. Но самое страшное то, что талант - это зависимость. Мечтали о внимании, признании и похвале многие, а готов был любоваться ими один Бьякуран. Увы, выживают сильнейшие. И он этих сильнейших тщательно отобрал. Результат оказался удовлетворительный: когда Джессо поступал в университет, он рассчитывал на одно-два стоящих знакомства за первые три курса, примерно так и вышло. Ирие Шоичи очень любил проявлять инициативу, но не знал, куда эту инициативу деть; Бьякуран услужливо подсказывал.
- Шоичи-кун, как ты думаешь, почему я так люблю смотреть в окно? - он сосредоточенно смотрел на вазочку с пышным десертом. Шоичи рассмеялся, как всегда, тихо и будто стесняясь своего веселья, мол, откуда ж мне знать.
- Потому что там ходят люди, Шоичи-сан. Тебе не кажется, что улицу можно считать миниатюрной моделью жизни? Идти прямо или свернуть, выбрать освещенную улицу или срезать дорогу переулком... Примитивные, вроде бы, ситуации выбора, принятия решения. Но можно спотыкнуться, если не туда пойти, - он замолчал: хватит пока что. Шоичи и так слишком много думает, перегружать его информацией на начальном этапе не надо.

Приглашение зайти в гости было поднесено без запинки, четко и твердо. Если дело касается идеи или проекта, Шоичи не сомневается никогда. Бьякуран планировал зайти в библиотеку, но ладно, складированные там прописные истины уже оформлены и выданы, подождут. К тому же приятель явно не спал ночью, обычно бессоница Ирие случалась к любопытным штукам и разговорам.
Небольшая комната была перегорожена проводами и ящиками, на единственном стуле гудел ноутбук, а кровать была завалена упаковками из-под чипсов, под которыми лежали еще два портативных компьютера. Стул выглядел заманчиво, но удобство ноутбука было важнее, чем удобство Бьякурана, поэтому он подстелил пиджак и сел прямо на пол. Шоичи этого даже не заметил, уже уносясь разумом в манящие дали: вопросы поведенческих механизмов, мотивация, бла-бла-бла, не вполне наш профиль, ограничения модели, надо проконсультироваться у профессора...
- Шоичи, - позвал Бьякуран.
- Да?
- А зачем тебе профессор и его консультация? - Доморощенный талант выглядел так, будто Бьякуран спросил, зачем он подчиняется закону земного притяжения. - Ты никогда не думал о том, что система высшего образования по сути своей - набор стереотипов? Что нового тебе скажет профессор? Мы и сами сделаем. Так же интереснее, чем бегать за чьими-то замечаниями, и потом, игра, о которой ты говоришь, должна быть именно нашей.
Мы. Наше. Люди любят делать вид, будто не одни в этом мире. Шоичи исключением не был.
- Трехмерность нам пока не светит, никак? Жаль, - Бьякуран и сам понимал, что никак, но не спросить мнения новоявленного коллеги было бы невежливо. Но, с другой стороны, это только начало. Чего начало - он не знал и не задумывался: поживем - увидим.
Программировал Ирие на уровне, но Бьякуран усердно искал недостатки в его скриптах и, разумеется, находил. Первый серьезный спор начался из-за количества игроков.
- Почему два? Почему не три? Не пять?
- Бинарность...
- Да-да, конечно. Умное слово, чтобы скрыть примитивность? - Бьякуран щурится и трет глаза: пять часов перед монитором - это не шутки. Но все равно улыбается.
- Бьякуран-сан, усложним потом! Дайте основы заложить!
- Потом, потом... ну ладно, делай на двоих, - он дипломатично соглашается. Спорит Ирие горячо, увлеченно, и убивать его энтузиазм своим упрямством Бьякуран не хочет. Даже дурацкое "потом" пропускает.
Потом начинаются армии и их параметры. Шоичи упорно хочет клепать программку, исходя из среднего человеческого интеллекта, но тут Бьякуран непреклонен. Зато условия победы сдаются на проклятое "ладно".
Наконец, первая версия была сделана, ровно в три часа ночи и 2 минуты. Примитивная до отвращения, но отлаженная и готовая для обновлений. Буквально через десять минут на столе Шоичи появился листок, исписанный мелким, ровным почерком. Первым пукнтом значилось "сделать крепости". Вторым - "учесть историю игры". Третьим - "разбить армию на типы солдат". До четвертого Шоичи не дочитал, повалившись на кровать. Он был слишком хорошо воспитан, чтоб взвыть вслух.
- А ты думал, мы полуфабрикат делаем? - Бьякуран пожал плечами и встал, чтобы перерыть гору пакетов, сваленную в углу: вдруг что съедобное осталось. - Кстати, почему ты ешь всякую дрянь? Во время работу мозгу сахар нужен, а не соленые сухарики. Впрочем, сахар остался только такой вот...
Он высыпает из пакетика сахарную пудру на ладонь и ест прям с руки. Она ужасно сладкая и сухая, от нее хочется пить. Шоичи все молчит.
- Ой, смотри, зефир! - Завалившийся за кровать пакетик выгребается с помощью линейки. - Шо-тян, если уж работать не хочешь, вставай, отмечать будет. Валяться после завершения первой версии нашей гениальной программы как-то совсем неуважительно по отношению к своему труду. Надо бы традицию ввести, как отмечать апдейты. Или опять мне думать, что да как?
"Традицию", - мысленно повторяет Бьякуран. Он и сам не заметил, как в жизни появилось что-то ежедневное и непреклонное, как серые будни, - привычка являться к Шоичи и печатать, печатать, печатать, пока зубы стучать не начнут в такт клавишам. И ему это нравится: гореть идеей так, что не успеваешь записать свежие мысли, уговаривать, спорить, направлять Шоичи, делать из его банальных идей нечто эдакое. Его напарник, делая большую часть технической работы, понятия не имел, что делает не программу-игрушку, а ход мысли, проверку самого себя и развлечение для него, Бьякурана.

Он, довольный и почти что счастливый, смотрел в черный монитор. Опять три ночи, опять провода и ноутбуки. Только сейчас он в комфортном кожаном кресле, в просторном, обставленном эксклюзивной мебелью личном кабинете, совсем один. "Выбор" закончен. Сказать-то язык не поворачивается, а надо еще осознать, и найти новое поле деятельности, и... нет, он спешит. Для полного счастья не хватало хорошего, качественного прогона игры.
Впрочем, за подопытными дело не постоит, как раз есть кое-кто, ситуация идеальна для отражения в "Выборе". И Шоичи среди них, между прочим. Из-за своего выбора, своего решения. Его право, разумеется. Немного жаль, что после игры они не сядут обсудить новые внесенные матрицы, но ладно, незаменимых нет. Бьякуран потянулся за зефиром: традиции, придуманные самим собой, надо чтить.

+1

44

Byakuran
Хороший пост. Понравилось, как Бьякуран постепенно начал употреблять все более близкие суффиксы. А вот это "Мечтали о внимании, признании и похвале многие, а готов был любоваться ими один Бьякуран" истинно Бьякурановское.)
Принят.

0

45

Тема пробного поста для игрока Lussuria.
Расскажите о своем первом знакомстве с вашей коробочкой – как получили и как открыли ее. Впечатления, мысли, чувства. Другие персонажи допустимы.

0

46

Тема пробного поста для игрока Lussuria.
Расскажите о своем первом знакомстве с вашей коробочкой – как получили и как открыли ее. Впечатления, мысли, чувства. Другие персонажи допустимы.

- Хммм… - недовольно промычал Луссурия, поправляя очки.
Сейчас он заперся в своей комнате, что было на самом деле удивительным событием. Скоро время обеда, самое оно, чтобы начать хлопотать на кухне в поисках чего-нибудь съестного для стола и общать ни в чем неповинных варийцев. Но вместо этого Луссурия был именно здесь в такое-то время, сидя на полу на коленях и сурово скрестив руки. Да, Луссурия был серьезным, и это тоже было странно. И правда – кто-нибудь видел задумчивого и сурового Луссурию? Да никогда и ни за что! Если только во сне, и то… каком-нибудь эротическом.
Но, тем не менее, это была абсолютная правда: таким сейчас Луссурия и представлялся –серьезным, задумчивым и эротичным… То есть действительно серьезным и задумчивым! Хотя, конечно, это не умаляет третьего, но кто в наше время понимает истинную суть красоты?!
- Хммм… - еще более недовольно высказался Луссурия, хмуря брови.
Вот вариец хорошо себе представлял главное в красоте, но совершенно не понимал, зачем ему всучили это новое вооружение. Он ведь прекрасно справляется своими силами! Своими мощными и прекрасными руками и ногами, повергая противников! А тут… какие-то непонятные штуки!
Луссурия раздраженно потряс коробочку. Как он уже понял, внутри спрятано или какое-то оружие, или животное, но ни то, ни другое ему не было нужно в принципе. Его божественному стилю Муя Тай не требовалось чего-либо еще, кроме себя самого! Но против решения босса особо не попротестуешь: раз уж он сказал улучшать вооружение, значит, так и будет. У остальных тоже появились коробочки, и любопытный Луссурия уже выяснил, что вот у Бельфегора, например, оружием стала норка. И в глубине души он надеялся на что-то подобное, представляя, как будет носить эту меховую прелесть на шее! Ах! Как жаль, что принц так и не позволил ему хотя бы примерить! А вот у Леви был ужасный, отвратительный скат, и после этого Луссурия боялся открывать свою коробочку. Вдруг там будет что-то, что ему никаким образом не пойдет?..
- Выпустить пламя… всунуть кольцо в отверстие, - сам себе проговаривал Луссурия, между тем пошло улыбаясь нагрянувшим в его пеструю голову ассоциациям.
Ему говорили, что очень важно то, с каким чувством ты открываешь коробочку. Потому что коробочка улавливает настроение хозяина. Возможно, он действовал и опрометчиво, вооружившись кладезем раздражения и сомнений, и уже представлял, как вернется к Занзасу с докладом, что ничего не получилось и коробочка ему поэтому не нужна! Вариец был готов к этому, но почему-то ничего ужасного не произошло. Только вырвался яркий полыхающий свет, от которого даже Луссурии с его солнцезащитными очками пришлось закрыть глаза, и только через какое-то время суметь посмотреть на то, что получилось.
- Как будто в зеркало смотришься, да? – лениво протянул принц. И когда он только успел войти?!
В другой бы ситуации ему бы на ум сразу пришла знаменитая фраза о том, что хозяева похожи на своих питомцев. Но сейчас он вспомнил слова своей драгоценной матушки, которая, когда Луссурия был еще подростком, сказала о его вызывающей внешности: «Ты и на похороны бы явился в павлиньих перьях!» Странно, но почему-то именно так и получилось. Луссурия всегда был таким, именно таким встретила его и Вария, а теперь еще он в упор, не моргая, смотрел на большого павлина, расправившего хвост.
- АААА!! Какой красивый! – не мог нарадоваться Луссурия, от переизбытка эмоций то прижимая руки груди, то дотягиваясь до хохолка птицы. – Даже у Занзаса никогда не будет таких прекрасных перьев! 
И казалось совершенно нормальным, что с теми чувствами, с которыми он открывал коробочку, ничего страшного не случилось. Потому что он сам всегда был павлином, и нечего было обижаться на самого себя.

0

47

Lussuria
Отлично, принят х)))

0

48

Тема пробного поста для игрока Levi A Than.
Опишите тот самый ключевой момент в жизни Леви, когда Занзас впервые похвалил его. Что он тогда чувствовал? Что оно для него значило?

Я не добрый человек.
Леви мрачно шел по улице, не оглядываясь на происходивший в нескольких шагах от него беспредел. Человек пятнадцать не менее бандитского вида, чем он сам, что-то требовали от одного прилично одетого мужчины. Но Леви было плевать.
Я не собираюсь никому помогать.
На удивление, окруженный мужчина был абсолютно спокоен. Он взирал на всех, кто перед ним находился, как на мусор, не достойный его внимания. Такая выдержка делала ему честь, но Леви было плевать.
Мне никто никогда не помогал.
Несколько человек из этой банды были ему знакомы. Отморозки хуже, чем он. Но к нему они уже не подходили, наученные горьким опытом. Поэтому он спокойно продолжал идти мимо них. Не собираясь обходить намечающуюся драку. Или скорее избиение. Потому что пятнадцать на одного, это слишком большое преимущество.
Каждый сам за себя.
Один из нападающих, которому надоело ждать внимания, схватил мужчину за воротник и встряхнул. Зевнув, жертва отвесила ему оплеуху, да так, что парень отлетел прямо на Леви. Что тому мало понравилось. Отшвырнув его пинком, он угрожающе обвел взглядом всю компанию.
- Эй, Леви, не мешай, иди своей дорогой, - выкрикнул кто-то из толпы.
Но сейчас мне все равно нечем заняться.
Дело было не только в скуке, но и в том, что невозмутимость незнакомца, на которого готово накинутся столько народу, немного впечатлила Леви. Вступив в драку, он мало что замечал вокруг, сосредоточившись на избиении толпы. Добив последнего, он остановился тяжело дыша и утирая кровь с лица. Он оглянулся, уверенный, что незнакомец уже сбежал. Но тот продолжал спокойно стоять на том же месте, внимательно наблюдая за ним.
- Тебя зовут Леви? – внезапно спросил он.
Тот только молча кивнул головой, все еще переводя дыхание после короткого, но жестокого боя.
- Хорошая работа, Леви, - незнакомец слегка улыбнулся.
Перестав стирать с лица кровь, он уставился на мужчину.
Хорошая работа. Леви. Хорошая работа. Леви. Это мне?
- Меня зовут Занзас, - он слегка махнул рукой и, развернувшись, направился проч.
Хорошая работа.
Леви смотрел ему вслед до тех пор, пока мог различать его спину.
Первый раз. Первый раз кто-то похвалил меня. Я хочу еще раз услышать эти слова. От него. Занзас. Я запомню.
Леви знал, кто это. И понимал, что попасть под его начало будет сложно. Но.
Хорошая работа, Леви.
Ради этих слов от него он теперь был готов на все.

0

49

Levi A Than
Неудивительно, что бака-оджи там бьется в ангсте. Принят.)

0

50

Напишите размышления Тсуны насчет предстоящей игры. Ведь теперь в опасности окажутся не только хранители, но и Хару, и Киоко. Что чувствует Тсуна, когда думает об этом.

Цуна лежит в кровати, прикрыв глаза. Еще не так поздно, и Гокудера не вернулся в комнату. Да и сам Савада даже не переоделся, просто лег на постель в одежде. На его груди лежит Натсу и машет хвостом, как простая кошка. Он не такой тяжелый, как может показаться сначала, и Цуна просто гладит его - Пламя не обжигает.
- Кажется, я начинаю жалеть, что встретил Реборна, - Цуна вздрагивает и виновато смотрит, словно не веря своим жестоким словам. И тут же, спохватившись, пытается объяснить:
- С его появлением, вся моя жизнь изменилась. Конечно, тогда я постоянно хотел, чтобы мой новоявленный учитель-мафиози пропал так же быстро, как и появился, оставив меня в покое. Тогда для меня существовал лишь стыд от беготни в трусах и боль от драк. А потом... потом появился Гокудера, и Ямамото, - Цуна улыбается, вспоминая простые школьные дни. Как Гокудера проверял его, признавался в верности. Как Ямамото стоял на краю крыши и улыбался. Как они ходили в суши-ресторан к отцу Такеши. А еще Бьянки с ее чудо-кухней.
- Я смог заговорить с Кёко, познакомился с Хару... В доме поселился Ламбо; он шумный и капризный, постоянно просил поиграть с ним, устраивает с И-Пин войнушки, но теперь мне кажется, что это было весело, - Цуна улыбается, думая, что надо купить виноградные конфеты - Ламбо любит их больше всех. - Сасагава-нии-сан, Мукуро, Хибари, Хром... Мы стали одной Семьей, с большой буквы. У нас другая связь, не так ли? Не обязательная-кровная, а другая, душевная. Когда друг за друга горой, когда готов подставить плечо в случае необходимости, когда... просто приятно находиться рядом, проводить с ними время, - Натс смотрит обеспокоенно, словно боится за хозяина. Зверек заглядывает ему в глаза, спрашивая, все ли в порядке. И Цуна продолжает.
- А сейчас... я боюсь это потерять. Черт, как мне стыдно смотреть в глаза Кёко и Хару. Девочки знают, что происходят. Они понимают, что это опасно, но не осознают. Если бы я знал, как все получится, я бы держался от них подальше. По крайней мере, они бы тогда не были в опасности. Ведь так? Особенно сейчас. Бьякуран... боюсь, что может случиться. Вдруг я окажусь слишком слабым? Не смогу защитить никого из них, не смогу помочь? А что, если мы проиграем?.. - Натс обеспокоенно становится на лапки, давя ими на грудь, и Цуна тихо смеется.
- Ты прав, не стоит об этом думать. Ведь у нас все получится. Просто не может не получиться, да? Мы должны вернуться в прошлое и изменить будущее, чтобы все остались живы... Но, что если кто-то погибнет? Кто угодно? Что тогда? Реборн скажет, что это случается. Что это мафия, что это жизнь. Все знали, на что идут, что это опасно и всегда есть риск не выйти из игры. Но... что потом? Слова не вернут человека, не так ли?
Цуна продолжает гладить львенка, который начинает заметно волноваться.
- А Шоичи и Спаннер? Они тоже доверились мне, вдруг я их подведу? Ох, что же мне делать?.. Больше всего на свете, я бы хотел пойти один. Слышится как ложь, я просто не справлюсь в одиночку. Но тогда никто кроме меня не пострадал бы, не так ли? Мама расстроится, я знаю. Интересно, как она сейчас... там? Где она, что делает? И папа? Надеюсь, он сможет ее защитить. А я буду защищать друзей. У меня ведь получится, да? Просто должно получиться...
Слышится шум открывающейся двери - это вернулся Гокудера, и Цуна умолкает. Не надо, что бы остальные волновались еще больше...

0

51

Tsuna Sawada
Хорошо, принят.

0

52

Тема поста для игрока Superbia Squalo.
Только что закончились съемки ста боев Скуало. И вот он вместе с Луссурией монтируют их в одну пленку. Опишите разговор с Луссурией во время этого процесса.

0

53

Тема пробного поста для игрока Дэйзи.
Очень интересна причина такой привязанности Дейзи к мягкой игрушке. В каноне об этом ничего не рассказывалось, поэтому все отдается на волю вашей фантазии. Откуда она у Дейзи, почему он ее носит с собой, зачем и т. д.

0

54

Rokudo Mukuro написал(а):

Только что закончились съемки ста боев Скуало. И вот он вместе с Луссурией монтируют их в одну пленку. Опишите разговор с Луссурией во время этого процесса.

Просматривать многочисленные видеоматериалы, пусть и со своими же боями, Скуало хотел сейчас меньше всего. Тем более в компании Луссурии, как всегда полного энтузиазма и восторгов и совершенно бездарного в программировании и монтаже. У мечника была куча дел, которые на него заботливо взвалил Занзас, однако Хранитель Солнца заявил, что без него делать ничего не будет, так что пришлось собрать все свое терпение в кулак и все же сесть за компьютер, надеясь, что вся эта процедура займет не слишком много времени, и он сможет поскорее убраться с базы и заняться, наконец, более важными и полезными для Варии вещами. Честно говоря, блондин совершенно не понимал, зачем вообще нужно было редактировать то, что Луссурия успел наснимать, и считал, что достаточным было бы просто разделить их и записать на диски. Но нет…
-Я хочу сделать что-то потрясающее! Вот смотри, кадр отсюда, кадр отсюда, и получается просто восхитительный удар, если соединить их вместе! – непрекращающийся словесный поток, так и льющийся из Луссурии, как из прорванной трубы, просто сводил с ума, и всего через несколько минут Скуало серьезно подумывал об убийстве, тихо рыча и после последней фразы просто выходя из себя.
-Враай!! Идиот, такого удара не существует! – так, что этот возглас слышала, наверное, вся база, с силой ударяя кулаком по столу и вскакивая с места, едва не опрокинув стул, принимаясь нарезать по комнате круги и громко возмущаться, говоря что-то по поводу умственных способностей Хранителя Солнца и своих собственных нервов, которые уже были на пределе, а ведь прошла всего пара минут с тех пор, как они вообще занялись этими записями.
Если так пойдет и дальше, я его правда убью!
-Верни все назад! Это обучающие записи, а не второсортный боевик! – если бы мечник разбирался в программах по монтажу, он бы с гораздо большим удовольствием и меньшими затратами нервов сделал все сам, лишь бы не связываться с Луссурией и с его весьма сомнительными замашками, однако, сейчас у него просто не было выбора. С размаха сев назад, блондин небрежно закинул ноги на край стола и сложил руки на груди, молча наблюдая за тем, как Хранитель Солнца с самым недовольным видом возвращает записи прежний вид, и следя за тем, чтобы он действительно ничего не менял.
-Ой, а вот этот момент мне особенно нравится! Ты здесь такой мужественный, такой сильный.. Давай сделаем этот бой под музыку или, например.. – одного взгляда Скуало, полного бешенства и едва контролируемой ярости, хватило, чтобы Луссурия с оскорбленным хмыканьем замолчал и снова принялся за работу, едва ли не яростно стуча по клавишам и быстро просматривая видеоматериалы следующего боя, даже толком не проверив и не вырезав те моменты, когда сам нагло влезал в камеру с восторженными комментариями.
Теперь я точно не жалею, что пришел.. Даже страшно представить, что сделал бы этот болван с записями, если бы я за ним не следил
-Иди, я сам доделаю, - обиженно пробормотал Луссурия, не отрывая глаз от экрана и просто с рекордной скоростью просматривая записи боев, всем своим видом показывая, что теперь это занятие ему совершенно не интересно, бормоча что-то себе под нос и раздраженно клацая кнопкой мышки.
-Нет уж, теперь я отсюда никуда не уйду. Возвращайся в самое начало и вырезай все свои тупые комментарии, - вздохнув, Скуало откинулся назад на спинку стула и перевел глаза на экран, внимательно следя за всеми действиями Луссурии, то и дело поглядывая на висящие на стене часы и раздраженно поторапливая, при этом не давая пропускать бои и заставляя просматривать каждый на предмет каких-то косяков и ненужных вставок. Все планы летели к чертям, и сидеть в компании неугомонного Хранителя Солнца предстояло еще очень и очень долго, и Скуало искренне надеялся, что все же не убьет его после очередного глупого предложения на тему того, как сделать его бои еще более яркими и захватывающими

+3

55

Superbia Squalo
Ахахаха х)) Принят-принят х))

0

56

Rokudo Mukuro написал(а):

Очень интересна причина такой привязанности Дейзи к мягкой игрушке. В каноне об этом ничего не рассказывалось, поэтому все отдается на волю вашей фантазии. Откуда она у Дейзи, почему он ее носит с собой, зачем и т. д.

Грязная и пыльная, бывшая когда-то очень давно ярко-розовой ткань под пальцами снова разъехалась в огромную некрасивую прореху - видимо, прошлая попытка все починить удалась не в полной мере. Достав иголку и катушку черной нитки, что всегда носил с собой на этот случай, Дэйзи сел на пол прямо там, где до этого стоял, и, жалостливо погладив свою игрушку по голове - в конце концов, кролику вряд ли было приятно, что его так сильно случайно дернули за лапу - принялся в очередной раз зашивать его. Этим он занимался настолько часто, что остальные Венки уже привыкли видеть юношу где-нибудь в углу, бормочущего себе под нос и кладущего неумелые дрожащие стежки - за несколько сосредоточенных минут он успевал исколоть в кровь все пальцы, попадая куда угодно, кроме нужного места, а на кролике появлялись все новые и новые черные рубцы, напоминающие попытки неумелого хирурга, который в момент операции располагал лишь грубой черной нитью и портняжной иглой. Всякий, кто вызывался в такие моменты помочь, награждался убийственным сумасшедшим взглядом и спешил ретироваться - лучше было не трогать кролика Дэйзи без его разрешения, иначе всем могло было стать не очень хорошо: психическое здоровье юноши берегли, поскольку в состоянии берсерка тот вполне мог напасть и на собственных товарищей, не говоря уже о разрушении штаб-квартиры.
- Чьи-то лапки на белом снегу наследили - кто-то, робкий, лесною опушкой бежал.
 У березы кору обглодал, корешок чьи-то зубки точили..
Прислушавшись, можно было понять, что Венок тихо читает себе под нос детский стишок, забывая время от времени нужные слова и подставляя свои. Он откуда-то помнил это, и почему делал так всегда во время починки своей игрушки, не знал никто, кроме него самого, но выглядело это жутковато со стороны - скорчившись в углу, Дэйзи со странным отблеском в глазах тыкал в кролика иглой - ему казалось, что нежно, но на деле получалось, что так, точно хотел убить ни в чем не повинное плюшевое существо.
Никто не знал ничего. Только Дэйзи.
Сколько лет он уже таскал с собой истрепанного и изорванного кролика? Бьякуран-сама встретил его уже так, сжимающим в руках свою любимую игрушку. Если бы только вспышки амнезии, стирающие прошлое, не мешали ему вспомнить.. если бы только.. замерев на миг, отстранив руку с иглой, Хранитель Солнца едва заметно кивнул своим мыслям, немного покачиваясь из стороны в сторону, как делал всегда, когда напряженно думал. Земля, вот в чем дело - земля и деревянные щепки под ногтями, и развороченный гроб, и падающий с неба холодный жестокий дождь. Влажная грязь, расползающаяся под ладонями, стекающая вниз, в могилу, заполняющая его такую неуютную деревянную постель.. Дэйзи не стал бы просыпаться, но ему вдруг так захотелось вдохнуть свежего воздуха, а легкие обжигало от его нехватки, так что пришлось пару раз удариться в крышку тесного гроба и постараться закричать. Воздуха было слишком мало, и звук вышел глухим и беспомощным. Но дальше, что было дальше? Снова много воды. Сидя на краю прямоугольной ямы в земле, оттолкнувшись, наконец, и выбравшись, Дэйзи опустил глаза, не понимая, что же он забыл такое важное.. он не помнил ни своего имени, ничего другого из своей жизни, ни лица своей матери; он не понимал, почему лежит здесь, где сыро и темно, в полном одиночестве. В одиночестве? Но он ведь не был одинок все то время, пока спал? Он совершенно точно это знал; пришлось приглядеться повнимательнее, снова спуститься ненадолго и потом подняться по краю скользкой ямы, уже держа что-то в перепачканных землей окровавленных руках. Это был кролик, всего лишь милый плюшевый кролик нежно-розового цвета, с пуговичными глазками - игрушка, что лежала с Дэйзи рядом, пока тот просто уснул ненадолго. По лицу продолжала течь кровь вперемешку с гноем, воспаленный рубец пульсировал отрезвляющей болью, но юноше сейчас было все равно - прежде чем встать с земли и  пойти через кладбище бесцельными неуверенными шагами, он неотрывно смотрел на ту единственную вещь, что связывала его с прошлым.
Ту, что напоминала, что у него было что-то другое, кроме грязи под ногами и просачивающегося под белый саван дождя. Кролик смутно напоминал о том, что Дэйзи кто-то когда-то любил. Его пуговичные глазки смотрели без ужаса на изуродованное бледное лицо с темными синяками под глазами, на покрытые запекшейся кровью губы - Дэйзи хоронили наскоро, без лишних церемоний, вот только один из убийц все же сунул в простой гроб игрушку, буркнув, что "ребенку будет с ней проще спать".
Но это было уже неважно.
Игла дрогнула в ослабевших негнущихся пальцах - пора было завязывать с этими воспоминаниями. Наскоро закончив, Хранитель Солнца встал и убрал швейные принадлежности в карман, отправляясь спать.
***
- Кикё, где он? Где он?! Немедленно верните мне его!!
Когда лидер Погребальных Венков смотрел на сотрясающегося в жестоких судорогах Дэйзи, тонкие черты его красивого лица искажал плохо скрываемый страх, отвращение и.. жалость. Да, наверное, жалость. Хранителя Солнца сейчас не успокоило бы ничто, кроме возвращения его игрушки, а ведь изначально у его товарищей были хорошие намерения - постирать затрепанного кролика и нормально зашить его. Но на губах юноши уже проступала пена, а белки глаз налились кровью - еще пара секунд, и он начнет крушить все вокруг себя. Вот уже и мощные яркие языки Пламени разливаются из кольца.. Слушать объяснений Дэйзи не хотел, с утробным ревом, удивительным для такого хрупкого и маленького тельца, набрасываясь на успевшего отгородиться Кикё, уже почти бессвязно выражая свои мысли, в которых было одно желание: убить. Убить жестоко и кроваво.
На этот раз Венкам пришлось вернуть ему кролика как можно скорее, и больше желания помочь или подшутить над Дэйзи, лишив его игрушки, у них не возникало. Прижав к груди свое маленькое плюшевое чудовище, Хранитель Солнца скорчился в углу, разговаривая с ним и странно раскачиваясь влево-вправо, обняв себя за предплечья. В этот раз состояние было гораздо хуже, чем обычно, когда он был напуган потерей кролика - например, если тот ночью падал из постели на пол.
Они не посмеют больше тронуть нас, Дэйзи. Они больше не тронут нас, или мы их убьем.
Когда на маленького Венка на самом деле накатывал прилив сумасшедшей агрессии, он начинал беседовать со своей игрушкой, называя ее своим именем и обращаясь обычно на "мы". Что это было? Возможно, ощущение того, что они очень похожи - оба уродливые, никому не нужные, злые.. возможно, слишком сильная любовь к тому единственному предмету в мире, что не выражал своего отвращения и отторжения, находясь рядом с Дэйзи. Возможно, из-за того, что это был отрывок его воспоминаний. Все причины были смешаны в сознании Солнца Мильфиоре воедино, заставляя воспринимать кролика как собственную плоть и кровь, отделить которую от него было уже невозможно.

Отредактировано Daisy (2009-12-09 16:07:44)

0

57

Daisy
Принят. Конечно, принят. Замечательный пост.

0

58

Тема пробного поста для игрока Chrome-san.
Спустя десять лет пособники Рокудо Мукуро все же вытаскивают его из тюрьмы Вендиче и доставляют в Кокуйо Лэнд. Впервые Хром за столь долгое время видит его не в своей голове, а в живую, и причем в таком плачевном состоянии, что он даже не может двигаться. Опишите мысли и чувства Хром при встрече с Мукуро.

0

59

Rokudo Mukuro написал(а):

Спустя десять лет пособники Рокудо Мукуро все же вытаскивают его из тюрьмы Вендиче и доставляют в Кокуйо Лэнд. Впервые Хром за столь долгое время видит его не в своей голове, а в живую, и причем в таком плачевном состоянии, что он даже не может двигаться. Опишите мысли и чувства Хром при встрече с Мукуро.

Хроме сидела на полу, облокотившись спиной на стену и обхватив подтянутые ноги руками. Она неотрывно смотрела на пол перед собой. Ожидание было невероятно мучительным. Сначала она пыталась стоять у окна и высматривать вдалеке знакомые лица, но вскоре поняла, что если увидит их идущих без Мукуро... Докуро старалась даже и не думать о такой возможности. Только отошла от окна.
Когда люди чего-то очень ждут - они начинают измерять комнату шагами, нервно ходя туда-сюда, заламывая руки. Хром не понимала этого и считала невероятно глупым. От таких скитаний ненавистное время не пойдет быстрее.
Как и всегда, когда чего-то ждешь, время тянулось невероятно медленно. Вернее, даже не так: оно не шло вовсе. Казалось, воздух застыл в одном противном "сейчас", и даже думать о чем-то было свыше сил иллюзионистки.
Хотя одна мысль продолжала упорно пробивается в сознание: теперь она не нужна. Мукуро больше не нужно будет ее тело, а иллюзионист она не такой уж и сильный... Она не хотела быть для него обузой. Придется… уйти? Но… От одной мысли все холодело и сжималось противным комом в груди. Медленно моргнув, она отогнала назойливые мысли. Все решать Мукуро-сама.
Сквозь вязкую пелену она услышала далекий стук чего-то упавшего где-то на нижних этажах. Мир буд-то вздрогнул, и время возобновило свой ход. Звуки ворвались со всех сторон, и даже воздух стал мучительно прозрачным. Она сильнее вцепилась в ноги - но так и не смогла подняться. Только когда шаги уже приближались по коридору, отдаваясь гулким эхом и смешиваясь с приглушенной руганью Кена, она подняла голову, напряженно всматриваясь в дверной проем. Буквально несколько мгновений - и в нем показались две фигуры, поддерживающие, и буквально тащащие на себе третью. Сгорбленную, с опущенной головой, и, кажетя, без сознания.
Хром вскочила на ноги, сметая все со старой кровати и помогая уложить Мукуро.
За всей этой суетой она даже и не поняла сразу, что вот и состоялась их встреча... Только когда она откинула фиолетовые пряди с лица - осознание резко надавило ей на плечи, заставив ловить ртом воздух.
Но Хром один взгляд на Мукуро выметал даже эти мысли из головы. Он... Был в сознании. Но, видимо, даже двигаться не мог. Как можно довести человека до такого состояния она подозревала, но думать об этом отказывалась.
Только глаза были такими-же неизменно живыми. Они блистали насмешкой – наверно, над собственной слабостью в этот момент. Казалось, вот сейчас он насмешливо усмехнется и встанет с кровати, покорять мир. Вот уже уголки губ поползли вверх... Но Рокудо только продолжал неотрывно смотреть на Хром. Она... Смогла только улыбнутся. Нерешительно, неумело и как всегда - робко. Она вообще когда-то улыбалась в этой жизни?
- Приятно познакомится, Мукуро-сама...

0

60

Chrome-san
Чудесно, принята!

0


Вы здесь » Reborn: Game "Choice" » Профпригодность » Пробные посты